У лукоморья дуб срубили, Кота на мясо зарубили, Русалку в бочку посадили, А написали огурца. Там по неведомым дорожкам Скелеты пляшут в босаножках, А тридцать три богатаря, В помойке ищут три рубля. А старый дядька Беломор Уже бутылку где то спер. Дальше не знаю.
У лукоморья дуб срубили, Кота на мясо зарубили, Русалку в бочку посадили, А написали огурца. Там по неведомым дорожкам Скелеты пляшут в босаножках, А тридцать три богатаря, В помойке ищут три рубля. А старый дядька Беломор Уже бутылку где то спер. Дальше не знаю.
слёзы крокодильи льют коты весною валерьянку пьют, занюхав колбасою ходят по дорогам, по домам шагают и сорвавшись с крыши головы ломают. и асфальт собою пробивают звучно рассыпают кости - каждую поштучно и асфальт пробивши, вдруг уходят в почву а назад вылазят - только тёмной ночью. чтоб не переехал старый самосвал чтобы вдруг прохожий хвост не растоптал чтобы пьяный школьник не отрезал ухо чтоб не раздавила потная старуха.
Глава 24. В которой кот и русалка обретают имена, Аннушка рассказывает старую историю, становится известно о беде Мальдина и начинается сессия
"Мы становимся старше, строже..." текст Кот Басё, музыка Nathalie Manser